ГлавнаяНовостиКонтактыСтерилизация и кастрация Проект "Сделаем мир добрее!" 2018ПИТОМЦЫ НАШЕГО ПРИЮТА
Социальные сети

Информация, статьи, истории

У каждого пёсика – своя история. Мы знаем, какой конец ждет миллионы собак в Южной Корее, где этих животных подвергают пыткам и непостижимой уму агонии – до последнего вздоха. Жизнь собак проходит в мрачных грязных клетках на фермах "собачьего мяса" – подлинная преисподняя, - где животные узнают всю меру несправедливости и человеческой жестокости. Это собачий ад. Запущенные, грязные клетки - где животные в ожидании своей участи, где щенят отделяют от их матерей и где всех их ждет одинаковый, полный неописуемых мучений, финал. Это настоящее средоточие горя, здесь всё пропитано страданием. Здесь день за днем, год за годом животных лишают жизни. Жестокость и варварство становятся правилом, никакого сострадания, всё планомерно и бесчеловечно.

Собачья ферма в Hong Sung. ( Зима 2011 года )

На рассвете нашего первого дня в Южной Корее добровольцы из местной зоозащитной группы и я два часа едем к югу от Сеула, в небольшое фермерское сообщество, где держат около 150 собак. Моё сердце колотится, когда мы приближаемся к сараям. Повсюду грязь и горы мусора, самая дьявольская сцена из когда-либо виденных мною. Ферму охраняют несколько очень крупных собак, посаженных на цепи. Они дружелюбны и рады, когда их гладят и ласкают. Далее мы подходим к перекошенным сараям, с их мраком и вонью. Некоторые чуть освещены естественным светом, другие – в полной темноте. 

Сараи забиты металлическими клетками – это напоминает Дантов ад из чьего-то детского кошмара. Вокруг стоит тошнотворная вонь – никто не убирает, собаки сидят в собственных экскрементах. В воздухе проносятся пронзительные крики, - соседи описывают подобные жуткие крики и тонкий плач, которые раздаются, когда к ферме подъезжают зловещие синие грузовики – знакомый звук мотора с приближающимися палачами исторгает у собак крики ужаса.

Что видишь прежде всего – «съедобные» крупные светло-коричневые собаки, похожие на породу мастифф. Их тут называют доса (Dosa) и используют также для собачьих боёв. Их так много, что не сосчитать. Незабываемые мордочки животных морщатся как от боли, - видя нас, собаки издают дрожащими голосами подобие стона. 

Досы быстро растут, у них симпатичные щенки, они хорошо продаются. Некоторые собаки становятся на задние лапы, многие тянут сквозь прутья клеток передние лапы, пытаются просунуть морду между прутьями клеток. Все с отчаянием смотрят на меня – в глазах недоумение; я тихонько говорю с ними.

Еще здесь много вездесущих так называемых «желтых собак», «самых лучших на мясо», их называют Nureongi, есть помесь Jindo.
В одной из клеток к досе прижался маленький черно-белый терьер. 

Есть несколько клеток, где вместе собраны маленькие собачки, «чистопородные», включая пуделя, чихуахуа, мини пинчеров.
Один из живучих местных мифов говорит о том, что только некоторые породы собак «съедобны», однако мы здесь видим собак любых пород и размеров.

Их всех убьют на мясо – включая бесчисленных собак, бывших домашними компаньонами людей – их или потеряли, или выбросили, или выкрали у хозяев. Шнауцеры, пудели, мальтийские болонки и собаки многих других пород – все они оказываются на фермах, рынках и бойнях Южной Кореи, где их будут долго истязать и убьют на мясо.

С душевной болью и угрызениями совести я покидаю клетки. 

Мы видим доказательства того, что собак здесь убивают.
До прошлого лета фермер держал тут холодильник, куда складывал мясо убитых им собак. Но теперь холодильника нет. Фермер говорит, что сейчас выращивает и продает живых собак - на мясо.

 

рассказывает о своём «бизнесе» и о том, как трудно найти другой источник дохода. Он говорит, что начинал с фермы по разведению щенков (puppy mill), потом занялся собаками определенных пород вроде мастиффов, которых покупают для шоу; потом перешел на «мясных собак», а недавно начал выращивать и для собачьих боев. Продавать собак, говорит он, выгоднее, чем держать ферму, земли-то мало. Он хотел выращивать овощи, после посадил фруктовые деревья – но овощами много не заработать, а молодые деревья еще не плодоносят. Вот собаки – дело выгодное. За щенка он получает $100, за собаку покрупнее - $200 - $300. В свое предприятие он вложил $40.000. Чем же ему еще зарабатывать, как не собаками?

Мы предлагаем ему обдумать перестройку фермы под другие нужны, уничтожение клеток, использование сараев под склад. Пытаемся разубедить фермера в необходимости разводить других животных вместо собак. Говорим о выращивании ягод. Но фермер говорит, что разведение собак трудно бросить, это такой выгодный бизнес! Продаешь собак торговцам на грузовиках, те продают в рестораны, - отлаженная схема.

Да, фермер согласен, что наживается на мучениях собак, но не видит в этом ничего предосудительного – это ведь его бизнес! Он говорит, что его жена и дети не бывают на ферме – вид собак их расстраивает. Зато жена согласна, что «съедобные собаки» выгодны, у семьи есть средства, её дети могут ходить в колледж.

Несколько дней спустя историю этого фермера мы рассказали на встрече в Министерстве пищевой и сельскохозяйственной промышленности.

Большинство собак разводят на фермах. Однако бывает, что собак подбрасывают мясоторговцам сами хозяева, или же отлавливают напуганных бродяжек ради денег. Для всех таких собак итог одинаков - ресторан, рынок, бойня. Собаки редко доживают до возраста старше двух лет – гибнут в местной мясопромышленности. 

На ферме нам попалась на глаза маленькая беленькая собачка, у которой было что-то неладное с лапкой – она держала её на весу, неловко прыгая. Собачка была пуглива, но решилась подойти к нам. При ближайшем рассмотрении оказалось, что у неё какая-то ужасная кожная инфекция. Мы спросили про собачку фермера, он сказал, что она прибилась несколько месяцев назад, бродяжка. Для фермера, торгующего собаками на мясо, это животное явно не имело интереса – слишком маленькая, «некачественный товар». Но мне сказали, что собачка всё равно рискует стать чьим-то обедом, даже при её болезненном состоянии – и я решила попытаться забрать её.

Фермер не возражал, мы взяли пёсика с собой и поместили в переносную клетку в машине. Когда мы уезжали, везде царила тишина. Даже Ангел – так мы назвали собачку, - не издала ни звука.

Корейские собачьи фермы созданы по примеру крупных специализированных хозяйств интенсивного животноводства в США (factory farms). И даже если когда-нибудь в Южной Корее начнут действовать законы, регулирующие деятельность собачьих ферм (сейчас таких законов нет), - эти фермы станут еще более пыточными, индустриализированными и масштабными. Поэтому защитники животных в Южной Корее и по всему миру работают ради того, чтобы убедить власти страны законодательно запретить торговлю мясом собак и кошек.

UPDATE

Собачку Ангела вылечили от кожной инфекции и спустя несколько недель отправили в Лос Анжелес, где её осмотрел ветеринар. У животного диагностировали заражение сердечным червем – была проведена операция. После полного выздоровления пёсика взяли в любящую семью в Остине, штат Техас.

Ферма в Yongin City

В часе езды от Сеула мы случайно увидели крохотную собачью ферму. Всего 10-15 собак и множество пустых клеток. Фермера нигде видно не было. Мы остановились и сделали фотографии... Мы смотрели на этих собак... Эта картина просто жгла мне глаза. 

Заброшенная, спрятанная от глаз тюрьма. Встревоженная мать и её крохотные новорожденные щенята.
Три собаки помеси чихуахуа с глазами, полными страдания и боли. Они словно умоляли спасти их из этого ада. Грязные клетки, неимоверно, тошнотворно заросшие грязью миски с ресторанными объедками, с остатками еды из школ, больниц – не еда, а помои: соленая, со специями и перцем паста, суп чили, рыбные кости и прочий подобный мусор.

В мире производства собачатины животных кормят всеми этими отбросами; они заболевают, и конечно переносят болезни на тех, кто ест собачье мясо.

Продвигаясь по этому тошнотворному аду, мы увидели зону для убийства и разделывания собак. Зловещий вращающийся цилиндр для снятия шерсти; ножи, окровавленные перчатки, приспособления для повешения, электропровода. 

На фермах собак вешают, убивают током или забивают.
Представитель зоозащитной организации «Сосуществование прав животных на земле» (Coexistence of Animal Rights on Earth, CARE), рассказал: «Умерщвление собак намеренно продлевают, растягивают во времени, потому что существует поверье, будто длительные мучения улучшают вкус и «лечебные» свойства собачьего мяса. Током убивают в течение трех минут – собака бьется в конвульсиях; перед убийством животных избивают; опаляют огнем живыми, варят живьем в кипятке. «Старомодный» способ умерщвления включает в себя повешение – животное умирает в течение минут семи; во время агонии его продолжают бить».

Оглушив током, животное бросают в кипяток.
Иногда во время повешения собаке дополнительно перерезают вены, пуская кровь. Это чтобы избавиться от неприятного запаха мяса.

Покупатели на рынках часто требуют, чтобы выбранную ими собаку избивали, так чтобы вытекло побольше крови и мясо стало повкуснее.
Крупных собак вешают; маленьких варят живьем для супа - как и кошек.

Бывает, особенно в сельских областях, что покупатели приобретают живую собаку и сами убивают её – вешая или избивая.
После убийства тело собаки швыряют во вращающийся барабан (на фото верху справа), чтобы снять шерсть – он действует по принципу сушилки в стиральной машине. После чего тело опаливают.

Не проданные собаки, «остатки» - попадают в зоомагазины, на другие фермы, в рестораны. «Менее товарных» собак – подростков, или больных и старых, - с ферм по разведению чистопородных собак тоже отправляют на бойни на мясо.
Любой пёс – большой, маленький, помесь, чистокровка, - одинаково рискует стать мясом. Собаки здесь – вещи, товар.

Очевидно, что властям Южной Кореи выгодно закрывать глаза на существование сети собачьих ферм. Огромное количество животных-«остатков», «отбраковки» также поступают в качестве сырья для мясной промышленности. Бесплатное мясо – и властям не нужно беспокоиться о бездомных собаках, остается лишь получать доход.

С отчаянием, мы покинули ферму, оставив несчастных собак ждать их страшной участи.

Ферма по разведению собак в Masuk

Мы поехали, чтобы запечатлеть на пленку маленькую собачью ферму в 30 милях к востоку от Сеула. Что поражает в этой стране – ты редко видишь собак где-либо, кроме как в клетках на фермах или закованными на цепи для охраны домов в сельских местностях. По пути мы миновали крупный указатель: «У нас в меню – курятина и собачатина». Позже оказалось, что ферма, которую мы ехали снимать, поставляет собак в этот и другие рестораны в округе. 

Подъехав к ферме, мы сразу увидели собак в клетках, выстроенных рядами. Обычная для здешних собак жизнь – спрятанные от глаз, ежедневно рискующие стать следующей жертвой мясников. Фермер, чья жена является фактической управительницей фермы, выглядел совершенно равнодушным к тому, что мы фотографируем собак в клетках.
Собаки, завидев нас, делали отчаянные попытки прорваться к нам через прутья клеток. Мы видели знакомые нам уже инструменты убийства – вращающийся барабан для снятия шерсти, клочья шерсти в корзинках, окровавленные перчатки.

На наш вопрос фермер ответил, что выращивает собак здесь, из щенков. Мы спросили о бизнесе: спрос высок? Фермер сказал, что всё стабильно, он доволен. Он переехал сюда 20 лет назад, вместе с женой они продают около 600 собак в год. Добавил, что крупным покупателем является католическая церковь, особенно при организации благотворительных мероприятий – представители Церкви покупают у него много собачатины. Очевидно, руководители церкви открыто и беззастенчиво демонстрируют свою страсть к собачьему мясу.

Фермер рассказал также о беспокойстве его соседей по поводу цены на землю. И добавил, что его сыну трудно найти невесту из-за способа, которым он зарабатывает на жизнь (он тоже задействован на ферме).

Мы заметили клетку, где сидели три маленькие собачки и одна чуть побольше и попросили разрешения забрать этих собак. Фермер грубо, почти злобно похватал их, одну за другой, швыряя в тачку.

Мы назвали собак Бико (помесь мини пинчера), Юно, Мими (кремового цвета помесь терьера) и Дженни. Отвезли их в приют неподалеку – там нас, несмотря на позднее время, ждали. Наутро, при свете дня мы увидели, что у Юны большой шрам – что означает, при продаже на мясо её пришлось бы продавать по дешевке, как подпорченный товар. Шрам так и не зарос шерстью, но пёсика удалось вылечить. Фермер ранее рассказал про эту собачку, что в другой клетке её покусал крупный пёс, поэтому он пересадил её к собакам поменьше.
Но во время осмотра ветеринаром выяснилось, что причина шрама в другом – скорее всего, это следы ожога при попытке сварить собаку живьем.

 

Международная организация в защиту животных» (In Defense of Animals, IDAhttp://www.idausa.org/about.html ) приглашает своих сторонников и всех неравнодушных людей ознакомиться с результатами нашей работы в Южной Корее, где мы расследуем преступления чудовищной промышленности по производству мяса собак и кошек.

Мы стали свидетелями зрелищ невероятной жестокости – на собачьих фермах, на рынке под открытым небом Моран и на бойнях.

Ежегодный доход собачьей и кошачьей мясной промышленности в Южной Корее составляет 2 миллиарда долларов. Ради этого ежегодно отнимают жизни у двух с половиной миллионов собак. Животных убивают на мясо или так называемое «собачье вино» (gaesoju), которое делают из смеси собачатины и азиатских трав.

Тысячи котов и кошек становятся сырьем для так называемого «тоника здоровья» (goyangyeesoju).
Эта промышленность – постыдный, варварский мир, где мясники и фермеры убивают животных самыми изощренными способами, не только оставаясь безнаказанными, но и получая прибыль за свою жестокость.

Собак убивают при помощи высоковольтных проводов – намеренно не лишая животное жизни мгновенно; собак вешают или даже забивают насмерть. Это делается по просьбе покупателей, которые считают, что чем сильнее мучается убиваемое животное, тем вкуснее и полезнее будет мясо (один из самых пагубных и живучих местных мифов).
Животных обычно убивают прямо на глазах остальных заключенных в клетки собак.
На рынке Moran Market опаленные трупики собак вывешены прямо рядом с клетками их еще живых собратьев.
Котов и кошек живьем бросают в кипящую воду.
На фермах собак кормят гнилыми остатками человеческой пищи, которые часто кишат червями. Антисанитарные условия содержания животных составляют опасность как для самих собак, так и для употребляющих их мясо людей.

В 2011 году телевидение Южной Кореи показало снятую зоозащитниками программу «Еда, опасная для здоровья - неудобная правда о собачьем мясе» (“South Korea’s Dangerous Health Food—Inconvenient Truth About Dog Meat”). В передаче выступил южно-корейский врач, который объяснил: «Собак на фермах держат на неприемлемой для этих животных диете. Поэтому отравляющие и вредные вещества из мяса таких собак могут быть опасны для человека. Мясо, зараженное сальмонеллой, не становится безопасным даже в вареном виде».

Варварская мясопромышленность, с намеренной и не имеющей оправдания жестокостью уничтожающая собак и кошек, движется жаждой наживы. Гранитное равнодушие правительства Южной Кореи способствует разрастанию этой гнилой и антигуманной индустрии.
Тем не менее, на территории всей страны закипает общественное негодование. Защитники животных проявляют невероятную самоотдачу в борьбе за запрет и прекращение мясопромышленности, использующей собак и кошек.

Замысловатая культура Южной Кореи пропитана политикой и традицией. Сама тема использования мяса собак и кошек неудобна, вызывает здесь некоторую душевную неловкость. Южная Корея одновременно самая гордая – и самая устыженная; страна, где неразрывно переплетены чувство гордости от укрепляющегося международного статуса – и позор продолжения такой жесточайшей практики. Двойственность и противоречия отражают стремление страны быть принятой в мировое сообщество в качестве равноправного члена, избавившись от стыда за свою мерзостную, варварскую и по сути противозаконную промышленность по производству мяса собак и кошек.

«Международная организация в защиту животных» (In Defense of Animals, IDA) самоотверженно поддерживает усилия южно-корейских зоозащитников вот уже восемь лет. Тогда мы впервые узнали о чудовищной практике собакоедения из письма одной из жительниц страны. Она обращалась в IDA с криком о помощи, став свидетельницей незабываемого жуткого зрелища. Красивую белую собачку у неё на глазах буквально разорвали на куски – после чего с улыбкой пояснили, что теперь мясо станет нежнее, ведь "чем больше мучения животного – тем лучше для мяса".

учение остается мучением, независимо от того, когда и где оно происходит и независимо от попыток скрыть правду за словами «традиция» и «культура».

Наш вебсайт ( http://skdogcatcampaign.org/ ) посвящен десятками миллионов собак и кошек, которых истязали и убивали, и продолжают истязать и убивать в этой промышленности ужаса.

Читайте наши материалы. Распространяйте информацию. Подписывайте нашу новую петицию (https://secure2.convio.net/ida/site/Advocacy?pagename.. ) .

Петиция: прекратить мучить и убивать собак и кошек в Южно-корейской мясопромышленности.

Адресаты:
• Посол Республики Корея / Ambassador of the Republic of Korea, Young-Jin Choi
• Министр пищевой, сельскохозяйственной промышленности/ Honorable Minister for Food, Agriculture, Forestry and Fisheries, Kyu-Yong Suh
• Президент Республики Корея/ President of the Republic of Korea, Myung-Bak Lee

Каждый год миллионы собак и тысячи кошек растерзаны и убиты в Южной Корее. Мы призываем мировую общественность обратить внимание на происходящее в мясной промышленности Южной Кореи.

Практика истязаний и убийства этих животных в пищу или ради создания «лекарственных препаратов» не является культурной традицией. На самом деле, большинство граждан Южной Кореи поражены и шокированы жестокостью этой промышленности. И тем не менее, жестокость продолжает происходить – вследствие полнейшего равнодушия и попустительства со стороны властей, а также из-за мифа, подогреваемого дельцами, которые обогащаются на производстве мяса собак и котов: продолжают активно распространять слухи, будто мучения животного перед смертью добавят половой силы съевшему такое мясо.

Пожалуйста, присоединяйтесь к нашему движению за прекращение убийства собак и кошек Южной Кореи на мясо.

Призовите власти страны усилить и внедрить законы по защите животных от подобной жестокости. https://secure2.convio.net/ida/site/Advocacy?pagename..

http://vk.com/topic-43900_26467979


Комментарии

Нат - Грош цена Президенту Кореи.
Сб, 13 сент. 2014, 02:39:06 Ответить

Есть вопрос или комментарий?..


Ваше имя Электронная почта
Получать почтовые уведомления об ответах:

| Примечание. Сообщение появится на сайте после проверки модератором.


Вернуться в раздел Информация, статьи, истории

Оставьте запись в нашей гостевой книге - мы будем искренне рады!...
Открыть раздел Гостевая книга
Уважаемые спонсоры! Вы можете перечислить свои пожертвования в пользу бездомных животных по следующим реквизитам:...
Открыть раздел Наши реквизиты
Всех неравнодушных жителей Бурятии просим помочь как финансово, так и материалами. Нам необходимы для организации приюта:...
Открыть раздел Наши нужды
АрхивЗдесь размещены фото животных, которых мы пристраивали через наш сайт. Большая часть из них нашла себе новых хозяев, судьба некоторых неизвестна....

Открыть раздел Архив
" Боги не засчитывают время жизни, проведенное на прогулке с собакой". Народная мудрость " Все пудели - собаки, но не все собаки - пудели"....
Открыть раздел Афоризмы о животных
УТВЕРЖДЕН решением учредительного собрания Региональной общественной организации «Зоозащитники Бурятии», протокол от «06» июня 2009г....
Открыть раздел Устав РОО "ЗООЗАЩИТНИКИ БУРЯТИИ"
Россия до сих пор остается одной из немногих стран, где не существует закона, защищающего животных от жестокости, и продолжает входить в число трех стран, разрешающих отлов диких...
Открыть раздел НАШИ ТРЕБОВАНИЯ